Пашка и Моисеев
казал он.
Если Федор всегда шел напрямки и в открытую, то Пашка умел хитрить, хотя сражался вполне честно, самоотверженно и по всем правилам. Он знал, что одолеть Моисеева обычным путем им не под силу, тот и вблизь их к себе не подпустит. Тогда Пашка пошел на хитрость: подождал, тюка Федор один приблизился к Моисееву на удар, а тот уже занес кулак величиной с недозрелый арбуз, волчьим броском, непредвиденно для Моисеева, ринулся к нему на грудь. По многолетней практике Пашке хорошо было известно, что сразить противника без дистанции нельзя.
Пока Моисеев отталкивал Пашку, освобождая себе руки, Федор откинулся назад и со всей силой приложил кулак к его стальным ребрам. Моисеев захрипел какимто нутряным хрипом и, потемнев лицом, упал на колени. Но туг же вскочил, и Пашка неожиданно оказался верхом на нем. обняв ногами его толстую шею. Десятки рук изза Моисеева потянулись к Пашкиной спине. Федор испугался: по зако
нам драки, нележачего бей сколько влезет. Тик ловят н стенах когда мстят: одни держат, чтоб не упал на землю, другие бьют. Федор мотнул головой, сбрасывая надвинувшуюся на глаза шапку напрягся и, не адя себя, ткнул Моисеева в грудь Он ткнул его лбом, с разбегу, как дерутся бараны. Моисеев изпод низу шелкнул его кулаком в лицо и вместе с Пашкой повалился в толпу. Тут же упал и Федор, чувствуя, как в ослепленных глазах брызнули искры. Хомутовская стена надвинулась на них, полезла, и большеуличные, потеряв опору, начали отступать.
Когда через Федора в