Пробегались, ребятишки
ся Федор. Ну что недогадливая.Наконец он выждал, когда бабка чуть слышно позвал:
Надя!
Она удивленно вскинула глаза, обернулась на знакомый голос. Дверь была прикрыта неплотно, и в хату скттужт шель клубками врывался холод. Жду... на минутку скорее почувствовала, чем расслышала она то, что шепотом было сказано за дверью. Надя быстро взглянула на бабкину сгорбленную спину, тихо рассмеялась и плутовато погрозила в ель мокрым пальцем. Но тут же вытерла руки и накинула шубу.
— Куда собралась? разогнувшись, спросила бабка.
— За водой, бабаня, пряча разгоревшееся лицо, придумала Надя.
— Чего понадобилось делать?
— Гуся сполоснуть, бабаня.
— Кто же полоскает холодной водой! Вон достань из печки.
Надя закусила губу, отвернулась от бабки. Потом украдкой схватила ведро и пошла из хаты.
За крыльцом ее настиг Федор. Он поймал ее за плечи и притянул к себе. Изпод распахнутого ворота шубы на него дохнуло волнуюим теплом, и он сжал Надю со всей силой.
Люди ходят, пусти, барахталась Надя в его руках.
— Ну и пускай, Федор стискивал ее, как железным обручем.
— Да увидят, с ума сошел!
— Никто не увидит, не бойсь. Какая ты... Отец дома?
— Нет, в церкви.
— А Пашка?
— И Пашка в церкви.
Федор запрокинул ей голову и долгим поцелуем ожег
губы.
Ну и пускай, смеялся захмелевший Федор, мы им не мешаем, а они нам.
Широко расставив ноги, он стоял, и все крепче прижимал к себе Надю. Обессилевш